Исаа́киевский собо́р (официальное заглавие — собор преподобного Исаакия Далматского) — наикрупнейший православный храм Санкт-Петербурга. Размещен на Исаакиевской площади. Имеет статус музея; зарегистрированная в июне 1991 года церковная община имеет возможность совершать богослужение по особенным денькам с разрешения дирекции музея. Освящён во имя преподобного Исаакия Далматского, почитаемого Петром I святого, потому что правитель родился в денек его памяти — 30 мая по юлианскому календарю.
Построен в 1818—1858 годы по проекту конструктора Огюста Монферрана; строительство курировал правитель Николай I, председателем комиссии построения был Карл Опперман.
Праздничное освящение 30 мая (11 июня) 1858 года нового кафедрального собора сделал митрополит Новгородский, Санкт-Петербургский, Эстляндский и Финляндский Григорий (Постников).
Творение Монферрана — четвёртый по счёту храм в честь Исаакия Далматского, построенный в Санкт-Петербурге.
Высота — 101,5 м, внутренняя площадь — более 4000 м².
Содержание
1 История 1.1 1-ая Исаакиевская церковь 1.2 2-ая Исаакиевская церковь 1.3 3-ий Исаакиевский собор 1.4 Современный Исаакиевский собор 1.4.1 Проект 1818 года 1.4.2 Проект 1825 года 1.4.3 Строительство собора 1.4.4 Освящение 2 План Исаакиевского собора 3 Внешний облик 3.1 Северный фасад 3.2 Западный фасад 3.3 Южный фасад 3.4 Восточный фасад 4 Интерьер 5 Исаакиевский собор в 1-ые годы после Октябрьской революции 6 Исаакиевский собор во время Величавой Российскей войны 7 Исаакиевский собор после Величавой Российскей войны 8 Перечень настоятелей собора 9 Публичное мировоззрение о соборе 10 Оценки современного состояния 11 Факты 12 См. также 13 Примечания 14 Литература 15 СсылкиИстория
1-ая Исаакиевская церковь 1-ая Исаакиевская церковь. Литография с рисунка О. Монферрана. 1845 год.К 1706 году на Адмиралтейских верфях работало более 10 тыщ человек, но церквей, куда могли бы они ходить, не было. Чтоб решить эту делему, Пётр I дал приказание отыскать подходящее помещение для будущей церкви. Было выбрано здание огромного чертёжного амбара, размещенного с западной стороны Адмиралтейства на расстоянии 15—20 м от канала (проходящего вокруг Адмиралтейства) и в 40—50 м от берега Невы.
Строительство как первой, так и следующих Исаакиевских церквей велось за счёт казны. 1-ый храм был возведён на средства, выделенные на строительство Адмиралтейства под управлением графа Ф. М. Апраксина, для возведения шпиля церкви был приглашён голландский конструктор Х. ван Болес. 1-ый древесный храм, нареченный Исаакиевской церковью, был освящён в 1707 году. Её простота типична для первых строений Петербурга петровского периода. Это был сруб из круглых брёвен длиной до 18 м, шириной 9 м и высотой до крыши 4—4,5 м. Наружные стенки были обиты горизонтальными досками шириной до 20 см. Чтоб обеспечить неплохой сход снега и дождика, крыша имела угол наклона более 45 градусов. Её также сделали древесной и покрыли водонепроницаемым воско-битумным составом чёрно-коричневого цвета, которым тогда смолили днища кораблей.
В 1709 году Пётр I распорядился о проведении реставрационных работ в церкви. Это решение было обосновано желанием сделать лучше вид самой церкви, также решить ряд заморочек, появившихся по ходу эксплуатации (отмечалось, что в церкви повсевременно сыровато и холодно, что приводило к разрушению древесных конструкций).
Эта умеренная церковь игралась роль одной из основных в городке. Тут 19 февраля (1 марта) 1712 года венчались Пётр I и Екатерина Алексеевна. В походном журнальчике есть запись за сей день:
В наступившем году, уже не представлявшем ожидания невзгод, Пётр I повенчался с Екатериной Алексеевной 19-го, во вторник, на всеядной неделе. Венчание его величества совершено с утра в Исаакиевском соборе. В 10 часов утра высокобрачные при залпах с бастионов Петропавловской и Адмиралтейской крепости вступили в собственный зимний дом.
С 1723 года, по императорскому указу, исключительно в Исаакиевском храме могли приносить присягу мореплаватели Балтийского флота и служащие Адмиралтейства.
2-ая Исаакиевская церковь2-ая Исаакиевская церковь, в камне, была заложена в 1717 году, потому что 1-ая к тому времени уже постарела. 6 (17) августа 1717 года Пётр I своими руками заложил 1-ый камень в основание новейшей церкви во имя Исаакия Далматского. 2-ая Исаакиевская церковь строилась в стиле «петровского барокко» по проекту видного зодчего петровской эры Г. И. Маттарнови, находившегося на службе в Петербурге с 1714 года. После его кончины в 1721 году строительство возглавил Н. Ф. Гербель. Но через три года он тоже погибает, и практически завершает строительство каменных дел мастер Яков Неупокоев.
Церковь, построенная в 1727 году в плане имела форму равноконечного греческого креста длиной 28 сажень (60,5 м). Ширина от южных дверей до северных составляла 15 сажень (32,4 м), в других местах — 9,5 сажень (20,5 м). Купол церкви опирался на четыре столба и был покрыт снаружи обычным железом. Колокольня имела в высоту 12 сажень и 2 аршина (27,4 м), шпиль — 6 сажень (13 м). Купол и шпиль колокольни были увенчаны медными вызолоченными крестами высотой в 7 футов 8 дюймов и шириной 5 футов. Своды церкви были древесные. Фасады меж окон были украшены пилястрами.
По лику она напоминала Петропавловский собор. Это сходство ещё более усиливалось благодаря стройной колокольне с часами-курантами, привезёнными Петром I из Амстердама совместно с часами для Петропавловского собора. И. П. Зарудным для церкви был изготовлен резной золочёный иконостас, схожий иконостасу в Петропавловском соборе.
Церковь была построена на берегу Невы, там, где на данный момент стоит Медный наездник. Место было выбрано очевидно безуспешно, вода, размывая сберегал воздействовала на фундамент, разрушая кладку. К тому же в мае 1735 года удар молнии вызвал пожар в церкви и она серьёзно пострадала. Так, к примеру, обрисовывает положение дел в церкви кабинет-министр граф А. И. Остерман, просящий 28 мая (8 июня) 1735 года позволение у синода устроить у него в доме церковь для собственной нездоровой супруги и найти туда священника:
Церковь Исаакия Далмацкого, у которого дом мой в приходе обретается, в недавнешнем времени погорела и службы в ней не токмо литургии, да и вечерень, и утрень, и часов, сейчас нет.
Уже в июне такого же года была составлена смета на исправление церкви. На эти цели было выделено две тыщи рублей, а управлять работами был назначен майор Любим Пустошкин. В соответственном указе было говорилось:
Церковь Исаакия Далмацкого, как скоро может быть начать сейчас, хотя только над алтарём в скорости покрыть досками, а позже и над всею тою церковию подрядить делать стропила и крыши, чтобы сегодня в ней могла быть служба.
В итоге ремонта отстроили поновой стенки и галереи, заместо железа купол был покрыт медью, а своды изменены каменными. В церкви вновь стали проходить богослужения. Но при производстве работ стало ясно, что из-за осадки грунта храму требуется бо́льшие исправления либо даже совершенная перестройка.
Для обследования состояния церкви Сенат направил конструктора С. И. Чевакинского, который констатировал невозможность сохранения строения. Церковь решили разобрать и выстроить новейшую далее от берега.
3-ий Исаакиевский собор Проект А. Ринальди третьего Исаакиевского собора. Литография с рисунка О. Монферрана.Указом Сената 15 июля 1761 года управляющим строительства нового Исаакиевского собора был назначен С. И. Чевакинский. Но начало работ затянулось. В 1762 году вступает на престол Екатерина II. Она одобрила идею воссоздать Исаакиевский собор, связанный с именованием Петра I. Скоро С. И. Чевакинский подаёт в отставку и строительство поручается конструктору А. Ринальди. В 1766 году был издан указ о начале работ на новейшей строительной площадке, намеченной С. И. Чевакинским. Праздничная закладка строения свершилась 8 августа 1768 года, и в память об этом событии была выбита медаль.
По проекту А. Ринальди собор был должен иметь 5 сложных по рисунку куполов и высшую стройную колокольню. Стенки по всей поверхности облицовывались мрамором. Макет и чертежи проекта хранятся в музее Академии Художеств. Происшествия сложились так, что Ринальди не сумел окончить начатую работу. Здание было доведено только до карниза, когда после погибели Екатерины II строительство закончилось, и Ринальди уехал за границу.
3-ий Исаакиевский собор на гравюре. 1816 годВступивший на престол Павел I поручил конструктору В. Бренна срочно окончить работу. Выполняя желание царя, конструктор был обязан исказить проект Ринальди — уменьшить размеры высшей части строения и головного купола и отрешиться от возведения четырёх малых куполов. Мрамор для облицовки высшей части собора был передан на строительство резиденции Павла I — Михайловского замка. Собор вышел коренастым, а в художественном отношении даже несуразным — на шикарном мраморном основании высились отвратительные кирпичные стенки.
Это сооружение вызывало издевки и горькую иронию современников. Например, прибывший в Россию после долгого пребывания в Великобритании флотский офицер Акимов написал эпиграмму:
Се монумент 2-ух царств, Обоим настолько солидный На мраморном низу Воздвигнут верх кирпичный.При попытке прикрепить листок с этим четверостишем к фасаду собора Акимов был арестован. Он недешево поплатился за своё остроумие: ему отрезали язык и сослали в Сибирь.
В разных вариантах петербуржцы пересказывали страшную эпиграмму:
Сей храм покажет нам, Кто лаской, кто бичом, Он начат мрамором, Окончен кирпичом.Позже, при императоре Александре I, когда при выполнении окончательного монферрановского варианта собора стали разбирать кладку из кирпича, фольклор откликнулся на это новейшей эпиграммой.
Сей храм трёх царствований изображение: Гранит, кирпич и разрушение.30 мая 1802 года 3-ий Исаакиевский собор был освящён.
Современный Исаакиевский соборНесоответствие Исаакиевского собора парадному лику центральной части Петербурга вызвало необходимость уже в 1809 году объявить конкурс на строительство нового храма. Условием было сохранение трёх освящённых алтарей имеющегося собора. Программку конкурса, утверждённую Александром I, составил президент Академии художеств А. С. Строганов. В ней говорилось:
Изыскать средство к украшению храма… не закрывая… богатой мраморной его одежки… приискать форму купола, способную придать величие и красоту настолько известному зданию… придумать метод к украшению площади, к сему храму принадлежащей, приведя окружность оной в соответствующую корректность.
В конкурсе приняли роль архитекторы А. Д. Захаров, А. Н. Воронихин, В. П. Стасов, Д. Кваренги, Ч. Камерон и другие. Но все проекты были отвергнуты Александром I, потому что создатели предлагали не перестройку собора, а строительство нового. В 1813 году на тех же критериях снова был объявлен конкурс, и вновь ни один из проектов не удовлетворил правителя. Тогда в 1816 году Александр I поручает инженеру А. Бетанкуру, председателю только-только образованного «Комитета по делам строений и гидравлических работ», заняться подготовкой проекта перестройки Исаакиевского собора. Бетанкур предложил поручить проект юному конструктору О. Монферрану, не так давно ранее прибывшему из Франции в Россию. Чтоб показать своё мастерство, Монферран сделал 24 рисунка построек разных строительных стилей, которые Бетанкур и представил Александру I. Императору картинки приглянулись, и скоро был подписан указ о предназначении Монферрана «императорским архитектором». Сразу ему поручалась подготовка проекта перестройки Исаакиевского собора с условием сохранить алтарную часть имеющегося собора.
Проект 1818 годаВ 1818 году Монферран, следуя указанию Александра I, составил проект, который предугадывал сохранение алтарной части и подкупольных пилонов. Разборке подлежали колокольня, алтарные выступы и западная стенка ринальдиевского собора, а южная и северная стенки сохранялись. Собор увеличивался в длину, а его ширина оставалась прежней и здание в плане зополучило прямоугольную форму. Высота сводов тоже не изменялась. С северной и южной сторон предполагалось возвести колонные портики. Собор должны были венчать один большой купол и четыре малых по углам.
Собор на уникальной почтовой марке, 1986Снутри Монферран подразумевал сделать облицовку стенок мрамором, а своды купола украсить росписью, статуей и позолотой. 20 февраля 1818 года проект был утверждён Александром I. Управление над строительством возлагалась на специальную комиссию. Её председателем был член Муниципального совета граф Н. Н. Головин, членами — министр внутренних дел О. П. Козодавлев, министр духовных дел и народного просвещения князь А. Н. Голицын, инженер А. Бетанкур. В комиссии также работали архитекторы А. П. Брюллов, Р. Вейгельт, В. А. Глинка, Н. Е. Ефимов, Д. В. Шебуев, А. И. Штакеншнейдер, К. А. Молдавский и многие другие. После чего старенькый собор обнесли забором и принялись за его разборку.
26 июня 1819 года свершилась праздничная закладка нового собора. Прямо на сваи был положен 1-ый гранитный камень с прикреплённой к нему бронзовой позолоченой доской с датой закладки собора.
В 1820 году Монферран выпустил прекрасный альбом с гравюрами, изображающими планы и фасады грядущего собора.
С резкой критикой проекта вступил конструктор А. Модюи, прошлый одним из членов «Комитета по делам строений и гидравлических работ». В октябре 1820 года он в Академию Художеств представил записку с замечаниями к проекту Монферрана. Сущность замечаний Модюи сводилась к трём главным пт: сомнения в прочности фундамента, опасность неравномерной осадки строения и неверное проектирование купола, размер которого превосходил допустимые пределы и мог обрушиться при опоре на различные по времени постройки пилоны. Строительство собора было приостановлено и сотворен особый комитет по рассмотрению замечаний Модюи. В объяснениях комитету Монферран подчёркивал свою зависимость от критерий правителя: «Поскольку из нескольких проектов, которые я имел честь представить, предпочтение было отдано тому, который уже осуществляется, то… следует дискуссировать этот вопрос не со мной; мне надлежит скрупулёзно сохранить то, что приказано сохранить…». А в письме Ш. Персье Монферран уже откровенно признаётся: «Легко созидать, что, подчиняясь приказу правителя, я не мог удовлетворительно решить купол». Таким макаром проект 1818 года был признан плохим не только лишь членами комитета, да и самим создателем. Комитет установил «невозможным произвести перестройку Исаакиевского собора по известным до сих пор проектам конструктора Монферрана».
Узнав о выводах, Александр I отдал приказ комитету заняться исправлением проекта, соблюдая при всем этом условие «сохранения, если так можно, имеющихся стенок, а более того старенькых и новых фундаментов». Также предписывалось сохранить главные черты проекта Монферрана — 5 глав и колонные портики. Решение внутреннего места собора, головного купола, освещённости строения предоставлялось на усмотрение комитета. Монферрану разрешалось участвовать в работе на общих основаниях. В этом новеньком конкурсе кроме самого Монферрана участвовали архитекторы В. П. Стасов, А. И. Мельников, А. А. Михайлов-старший и другие.
Проект 1825 годаМонферран учёл советы и замечания огромнейших российских архитекторов, инженеров, архитекторов и живописцев. По его новенькому проекту собор оформлялся 4-мя колонными портиками (в проекте 1818 года их было только два — южный и северный). Центральная часть собора подчёркивалась подкупольным квадратом, образованным 4-мя новыми опорными пилонами, поставленными обширнее других. Благодаря этому главный купол чётко вписывался в квадрат пилонов и исключалось его провисание. По углам основного объёма устанавливались четыре колокольни, вроде бы врезанные в стенки. Сейчас они размещались поближе к центральному куполу, чем в прошлом проекте. Этим ещё более усиливалось квадратное построение собора.
3 апреля 1825 года был утверждён новый проект Монферрана. Конкретно в таком виде и был построен современный Исаакиевский собор.
Строительство собора Бюст Огюста Монферрана в Исаакиевском соборе, сделанный из камешков, использовавшихся при строительстве собораРаботы по сооружению фундамента начались ещё в 1818 году, по первому проекту Монферрана. Он поставил впереди себя сложную задачку соединить старенькый и новый фундаменты. В этом воспринимал инициативное роль инженер А. Бетанкур. Находясь в Нижнем Новгороде, он пишет Монферрану: «В последние деньки пребывания моего в Петербурге я так был занят, что не имел способности побеседовать с вами о методах кладки фундаментов Исаакиевской церкви… Будьте добры осведомлять меня через каждые две недели о состоянии, в коем находятся работы по строительству церкви, не премину и я вам отвечать, указывая на все полезное для прочности сооружения…», и несколько позднее: «Сударь, я получил ваши три письма по поводу работ по строительству Исаакиевской церкви и был рад выяснить, что фундаменты этого строения были изготовлены тем методом, какой я вам указал в прошлом письме…»
Под фундамент Исаакиевского собора вырывались глубочайшие траншеи, из которых выкачивалась вода. Потом в грунт вертикально вбивали просмоленные сосновые сваи поперечником 26—28 см и длиной 6,5 метра. Расстояние меж сваями в точности соответствовало их поперечнику. Сваи забивались в землю тяжёлыми металлическими бабами при помощи во́ротов, приводимых в движение лошадьми. По каждой свае делали 10 ударов. Если после чего свая не заходила в землю, то её с разрешения смотрителя обрезали. После чего все траншеи были соединенны меж собой и залиты водой. Когда вода замёрзла, сваи были спилены под один уровень, рассчитанный от поверхности льда. Всего под фундамент было забито 10 762 сваи.
При устройстве фундамента Исаакиевского собора Монферран применил сплошную кладку, потому что считал, что «для фундаментов больших построек сплошная кладка лучше хоть какого другого вида его выполнения, в особенности… если здание строится на плоском и болотистом грунте…» Это также позволило наилучшим методом связать старенькый ринальдиевский фундамент с новым и в значимой мере гарантировало здание от небезопасных последствий осадки.
В общей трудности сооружение фундамента заняло около 5 лет. В этой работе было задействовано 125 тыщ каменщиков, плотников, кузнецов и рабочих других профессий.
Вырубка гранитных монолитов для колонн собора велась в каменоломне Пютерлакс неподалеку от Выборга. Эти земли принадлежали помещице фон Экспарре. Преимуществом конкретно этого места для каменоломни было большой припас гранита, близость Финского залива с глубочайшим фарватером и почтового тракта. Вот что отметил в своём дневнике Монферран, в первый раз посетив каменоломню: «Удивление, которое мы испытывали, когда узрели… гранитные горы, было, естественно, велико, но оно сменилось прямо восхищением, когда позднее мы любовались в первом карьере семью необработанными ещё колоннами…»
Работами на каменоломне управлял подрядчик Самсон Суханов, который также участвовал в работах по созданию Ростральных колонн и Казанского собора. В Пютерлаксе он применил последующий способ выломки монолитов. На вертикальной гранитной горе отмечали контур заготовки, потом по этой полосы сверлили отверстия, в которые потом вставляли стальные клинья. Сильные рабочие по условному знаку сразу лупили по клиньям тяжёлыми кувалдами. Операция повторялась пару раз до того времени, пока не появится трещинка. В неё закладывали стальные рычаги с кольцами, в каких были закреплены канаты. За каждый канат брались по 40 человек и, оттягивая их в стороны, отодвигали заготовку. В образовавшийся просвет закладывались берёзовые распорки, удерживавшие монолиты в таком состоянии. Дальше рабочие пробивали отверстия в заготовке и запускали в их крючья с канатами прикреплёнными к стоящим рядом во́ротам, при помощи которых монолит совсем отделялся от горы и скатывался на заблаговременно приготовленный древесный помост.
Нередко посещая ломки, Монферран отмечал: «Добывание гранитов, труд этого рода во всех других местах не очень обычный, встречают в Рф очень нередко и очень отлично разумеют… работы, возбуждающие наше удивление к произведениям древности, тут не что другое сущность, как каждодневное дело, которому никто не удивляется».
Транспортировка из каменоломни осуществлялась на плоскодонных судах, специально для этого сделанных на заводе Чарльза Берда. Монолиты колонн скатывали на морской сберегал, где их грузили на баржи. Каждое судно буксировалось 2-мя пароходами до пристани в Петербурге. Там монолиты выгружали и перевозили по специальному рельсовому пути на строительную площадку для их конечной обработки. Применение этого рельсового пути на строительной площадке стало первым в Рф.
Последующим шагом строительства было строительство портиков до постройки стенок собора. Такое решение конструктора, противоречащее правилам архитектуры, обуславливалось сложностью установки гранитных колонн.
Модель лесов, применявшихся для подъёма колоннДля подъёма колонн были построены особые леса, состоящие из трёх больших пролётов, образованных 4-мя рядами вертикальных стоек, перекрытых опорами. В стороне были установлены 16 металлических во́ротов-кабестанов, на каждом из которых работало по восемь человек. Колонну обшивали войлоком и циновками, обвязывали корабельными канатами и вкатывали в один из пролётов лесов, а концы канатов через систему блоков закрепляли на кабестанах. Рабочие, вращая во́роты, приводили монолит в вертикальное положение. Установка одной 17-метровой колонны весом 114 тонн занимала около 45 минут. Монферран в собственных записях отмечал, «что древесная конструкция лесов… настолько совершенна, что при всех сорока восьми установках колонн никогда не было слышно даже обычного скрипа».
1-ая колонна была установлена 20 марта 1828 года в присутствии королевской семьи, зарубежных гостей, многих архитекторов, специально прибывших для этого торжества, и обычных городских жителей, заполнивших собой площадь и крыши близлежащих домов. Под основание колонны была заложена платиновая медаль с изображением Александра I.
Сооружение портиков закончилось к озари 1830 года, когда обитатели Петербурга уже могли созидать четыре двенадцатиколонных портика и алтарную часть старенькой ринальдиевской церкви.
Потом началась постройка опорных пилонов и стенок собора. Здесь применялась кладка из кирпичей, скреплённых известковым веществом. Для бо́льшей прочности применяли гранитные прокладки и железные связи различного профиля. Толщина стенок составляла от 2.5 до 5 метров. Толщина внешней мраморной облицовки составляла 50—60 см, внутренней — 15—20 см. Она производилась сразу с кладкой из кирпича, при помощи стальных крючьев (пиронов), вставленных в специально высверленные для этого отверстия. Для устройства кровли были сделаны стропила из кованого железа. Снутри южной и северной стенок устроили вентиляционные галереи. Для естественного освещения собора над галереями аттика сделали световые галереи.
В 1836 году строительство стенок и пилонов было завершено и началось сооружение перекрытий. Построенные кирпичные своды имеют толщину от 1,1 до 1,25 метра и опираются на 6 пилонов. Кроме конструктивных кирпичных сводов были ещё изготовлены декоративные, представлявшие собой металлический каркас, покрытый железной сетью и облицованный искусственным мрамором. Меж декоративными и конструктивными сводами оставлено место высотой в 30 см. Такое двойное перекрытие сводов является соответствующей особенностью собора, не встречавшейся ранее в других церковных сооружениях Рф и Западной Европы.
В 1837 году, когда было завершено основание купола, началась установка 24 верхних колонн. Колонны подымались наверх по наклонному настилу на особых телегах с помощью уникальных устройств. Для поворота колонн использовались приспособления из 2-ух металлических кругов, в борозду нижнего из которых вставлялись шары.
Последующим шагом строительства собора было сооружение купола. Монферран стремился очень облегчить купол без утраты прочности. Для этого он предложил сделать его не кирпичным, как было предвидено проектом 1825 года, а на сто процентов железным. Расчёты купола выполнил инженер П. К. Ломновский. Отливка металлоконструкций купола проводилась на заводе Чарльза Берда. При всем этом было применено 490 тонн железа, 990 тонн чугуна, 49 тонн меди и 30 тонн бронзы. Купол Исаакиевского собора стал третьим куполом в мире, выполненным с применением железных конструкций и оболочек (после башни Невьянского завода на Урале, построенной в 1725 году, и купола Майнцского собора — в 1828). Прототипом послужил купол английского Собора Святого Павла, спроектированный Реном. Но Монферран, заимствовав конструкцию, выполнил её из других материалов.
Конструктивно купол состоит из трёх взаимосвязанных частей, образованных металлическими рёбрами: нижней сферической, средней — конической и внешней — параболической. Железный каркас составлен из 24 рёбер двутаврового сечения. Полоса, соединяющая полки двутавра, перфорирована. Соединения частей каркаса были выполнены на болтах. Поперечник внешнего свода составляет 25,8 м, нижнего — 22,15 м. Место меж фермами было заложено пустотелыми гончарными горшками конической формы на перемычках из кирпича с заливкой промежутков меж ними цемянкой из извести с расщебёнкой. Для сводов потребовалось около 100 тыщ таких горшков. Горшечные своды делают лучше акустику храма, защищают от холода и существенно легче кирпичных сводов.
Теплоизоляцию горшечных сводов выполнили из 2-ух слоёв войлока с заливкой смолой, войлок, в свою очередь, покрыли известково-песчаным веществом, который был окрашен алкидной краской. Открытые части железных конструкций также были защищены войлоком. Внутренний конический купол покрыт медными листами, окрашенными в голубоватый тон, с большенными бронзовыми лучами и звёздами, создавшими эффектную картину ночного неба. Снаружи купол покрыт плотно пригнанными друг к другу медными позолочёнными листами.
Золочение куполов собора в 1838—1841 годах проводилось способом огневого золочения, парами ртути отравились и погибли 60 мастеров. Всего же в строительстве собора приняло роль 400 000 рабочих — муниципальных и крепостных фермеров. Судя по документам тех пор, около четверти из их умерло от заболеваний либо погибло в итоге злосчастных случаев.
ОсвящениеПраздничное освящение собора состоялось в 1858 году, 30 мая, в денек памяти преподобного Исаакия Далматского, в присутствии правителя Александра II и других членов императорской семьи. Были выстроены войска, которых правитель приветствовал до чина освящения, которое возглавил митрополит Новгородский и С.-Петербургский Григорий (Постников). На Петровской и Исаакиевской площадях были устроены трибуны для народа; примыкающие улицы и крыши ближайших домов были переполнены людьми.
План Исаакиевского собора
1 — западный портик 2 — северный портик 3 — восточный портик 4 — южный портик 5 — алтарь 6 — придел Святой Екатерины 7 — придел Святого Александра Невского 8 — главный иконостас 9 — Королевские врата 10 — подкупольные пилоныВнешний облик
Исаакиевский собор и Сенатская площадь с высоты птичьего полетаИсаакиевский собор — выдающийся эталон позднего классицизма, в каком уже появляются новые направления (неоренессанс, византийский стиль, эклектика), также уникальное архитектурное сооружение и высотная доминанта центральной части городка.
Высота собора 101,5 м, длина и ширина — около 100 метров. Внешний поперечник купола — 25,8 м. Здание декорирует 112 цельных гранитных колонн различных размеров. Стенки облицованы серым рускеальским мрамором. При установке колонн были применены древесные конструкции инженера А. Бетанкура. На фризе 1-го из портиков можно рассмотреть скульптурное изображение самого конструктора (Монферран погиб фактически сходу после освящения собора, но в желании конструктора быть погребённым в своем творении было отказано).
Северный фасад Северный фронтон. «Воскресение Христа»Фраза, помещённая во фризе северного портика, — «Господи, силою твоею возвеселится царь»,— может считаться выражением идеи всего сооружения.
Рельеф фронтона северного портика — это «Воскресение Христа» (1839—1843, архитектор Ф. Лемер). В центре композиции — поднявшийся из гроба Христос, справа и слева от него — ангелы, а за ними перепуганные стражники и потрясённые дамы. Мысль о воскресении Христа, который по приговору суда был распят на кресте и на 3-ий денек воскрес из мёртвых, лежит в базе всей христианской религии. В честь Иисуса Христа, победившего погибель и даровавшего людям надежду на спасение и бессмертие, празднуется самый праздничный и веселый праздничек христианской церкви — Пасха. Конкретно в честь этого праздничка загораются высочайшие осветительные приборы в углах собора, над аттиком, и руки коленопреклонённых ангелов (архитектор И. П. Витали) благоговейно поддерживают их.
Скульптуры, расположенные на углах и верхушках фронтонов, представляют 12 святых апостолов (архитектор Витали) — ближайших учеников Иисуса Христа, — причём верхушки увенчаны скульптурами евангелистов, другими словами создателей Евангелий — первых 4 книжек Нового завета, рассказывающих об учении и жизни Иисуса.
Апостол Пётр (слева) изображён с ключами от ворот королевства небесного. По роду собственных занятий он был рыбак, и жизнь его с самого начала и до конца была преисполнена всяких расчудесных событий, о которых упоминается в евангельских сказаниях. Это, сначала, расчудесный лов рыбы: рыба шла в таком количестве, что даже «сеть прорывалась», и «ужас объял его и всех, бывших с ним, от этого лова рыб»; это буря на Галилейском озере, когда господь шёл по волнам к своим утопавшим ученикам и позволил Петру также пройтись по волнам. Ревностный проповедник слова христианства, он мог лечить расслабленных и оживлять из мёртвых, и веру свою в Христа обосновал мученическою гибелью: по преданию, при императоре Нероне его распяли вниз головой.
Апостол Павел (справа) изображён с клинком, эмблемой его ревностного служения Иисусу Христу. Сначала он был конкретным гонителем христиан, всюду их искал и мучил, но в один красивый денек луч с неба поразил его — он ослеп. Он услышал глас Иисуса Христа, проникся его учением и с сих пор совсем переменился. Зрение возвратилось к нему; он стал одним из самых ревностных проповедников христианской веры, сделал много чудес, перетерпел много страданий и подтвердил свою веру страдальческой кончиной: в Риме, при императоре Нероне, ему отрубили голову.
Евангелист Иоанн (в центре) изображён с соколом, от всевидящего ока которого не могут укрыться никакие прегрешения. Он прожил подольше других апостолов, и, по преданию, ученики (следуя его желанию) погребли его живым. Когда же скоро после погребения могилу его вскрыли, апостола там не оказалось: подобно Иисусу Христу, он воскрес из мёртвых.
Статуи в нишах — «Несение креста» (левая ниша) и «Положение во гроб» (правая ниша) — выполнены архитектором П. К. Клодтом.
Двери: (архитектор Витали) «Вход в Иерусалим», «Се человек», «Бичевание Христа», Св. Николай Чудотворец, Преподобный Исаакий Далматский, Коленопреклонённые ангелы.
Апостол Пётр
Апостол Павел
Апостол Иоанн
Правая ниша «Положение в гроб»
Северная дверь собора
На фронтоне западного портика — барельеф «Встреча Исаакия Далматского с царем Феодосием», выполненный в 1842—1845 годах архитектором И. П. Витали. Его сюжетом является единение 2-ух веток власти — королевской и духовной (неслучайно портик обращён в сторону Сената и Синода). Изображённый в центре барельефа Исаакий Далматский с крестом в левой руке другой как будто благословляет склонившего голову Феодосия, одетого в доспехи. Слева от правителя — его супруга Флацилла. Ещё левее — две фигуры, в первой из которых улавливается сходство с президентом Академии художеств А. Н. Оленина, а во 2-ой — c министром правительского двора и председателя Комиссии по строительству собора князя П. М. Волконского. В правой части — коленопреклоненные вояки. В левом углу барельефа изображена маленькая полуобнажённая фигура с моделью собора в руках — портрет создателя проекта Исаакиевского собора О. Монферрана. Надпись по фризу — «Царю царствующих».
Фома (архитектор Витали) — этот апостол изображён с угольником в левой руке (как конструктор), с протянутой вперёд правой рукою, с удивлённым выражением на лице. Он был склонен к маловерию и в воскресение Христа поверил только тогда, когда дотронулся до него.
Варфоломей (архитектор Витали) — изображён с крестом и скребком. Он проповедовал учение в Аравии, Эфиопии, Индии, Армении, где и принял страдальческую погибель: с него скребком содрали кожу, а потом повесили вниз головой.
Марк (архитектор Витали) — евангелист изображён со львом, символизирующим мудрость и отвагу. Проповедуя учение Христа, он принял страдальческую погибель в Александрии.
Дверь: архитектор Витали: «Нагорная проповедь», «Воскрешение Лазаря», «Исцеление расслабленного», Апостол Пётр, Апостол Павел, Коленопреклонённые ангелы.
кусок западного фронтона «Встреча Исаакия Далматского с царем Феодосием»
барельеф с изображением Монферрана
Апостол Фома
Апостол Варфоломей
Апостол Марк
Западные двери
Южный фасад Барельеф «Поклонение волхвов»На фронтоне южного портика помещён выполненный в 1839—1844 годах архитектором И. П. Витали барельеф «Поклонение волхвов». В центре изображена Мария с малышом, сидячая на троне. Её окружают пришедшие на поклонение волхвы, посреди их выделяются фигуры месопотамского и эфиопского царей. Справа от Марии склонив голову стоит Иосиф. В левой части изображён старик с ребёнком, в руках ребёнка — маленькой ларец с подношениями. В фигурах старика с ребёнком, месопотамского и эфиопского царей, раба-эфиопа видны личные особенности; сохранилось свидетельство о том, что их лепили с натурщиков. Надпись по фризу — «Храм мой храм молитвы наречётся».
Андрей (архитектор Витали) — проповедовал в почти всех странах, даже в Российской земле. Его распяли на кресте особенной формы, наподобие буковкы Х, который с того времени стали именовать Андреевским. В Рф он считается покровителем флота; при Петре I был учреждён Андреевский флаг, также Орден Святого апостола Андрея Первозванного.
Филипп (архитектор Витали) — умеренный и неприметный, он ничем особым посреди учеников Христа не выделялся. Предание гласит, что он проповедовал Евангелие в Скифии и Фригии и принял погибель, распятый на кресте.
Матфей (архитектор Витали) — евангелист изображён в момент работы, с ангелом за спиной, эмблемой чистоты деяний и помыслов; он принял страдальческую погибель за Христа: его побили камнями, а потом обезглавили.
Левая ниша — «Благовещение» (архитектор А. В. Логановский)
Правая ниша — «Избиение малышей» (архитектор А. В. Логановский)
Двери: архитектор Витали: «Сретение», «Бегство в Египет», «Христос разъясняет св. писание в храме», Александр Невский, Архангел Миша, Коленопреклонённые ангелы.
Апостол Андрей
Апостол Филипп
Апостол Матфей
Левая ниша. «Благовещение»
Правая ниша. «Избиение младенцев»
Южные двери
Восточный фасад Восточный фронтон «Исаакий Далматский останавливает правителя Валента»На барельефе восточного портика, обращённого в сторону Невского проспекта: «Исаакий Далматский останавливает правителя Валента» (1841—1845, архитектор Лемер). В центре барельефа — Исаакий Далматский преграждает путь императору Валенту, предсказывая ему скорую смерть, опытнейший вояка, царствовавший до Феодосия, был покровителем ариан, учение которых представляло собой попытку пересмотра христианского учения. Исаакий Далматский, последователь христиан, был посажен в темницу (на барельефе изображён момент, когда вояки цепями сковывают ему руки), и высвободил его только Феодосий, последователь христианского учения. Надпись по фризу: «На Тя Господи уповахом, да не постыдимся во веки».
Иаков (архитектор Витали) — брат евангелиста Иоанна, он имел нрав инициативный, был решителен и непоколебим в вере, за что и пострадал резвее иных. 1-ый страдалец посреди апостолов, Иаков был обезглавлен в Иерусалиме.
Симон (архитектор Витали) — изображён с пилой. Этот апостол просветил учением Христовым Африку, по другому преданию — Английские острова, Вавилонию, Персию, и был распят на кресте. Пила — знак мучений, которые довелось испытать всем апостолам.
Лука (архитектор Витали) — евангелист изображён с тельцом, символизирующим святость завета. Он проповедовал в Ливии, Египте, Македонии, Италии и Греции и по одной версии умиротворенно скончался в 80-летнем возрасте; по другой — принял страдальческую погибель и за неимением креста был повешен на оливковом дереве.
Апостол Иаков
Апостол Симон
Апостол Лука
Интерьер
В соборе три алтаря, главный посвящён Исаакию Далматскому, левый — Великомученице Екатерине, правый — благоверному Александру Невскому. Интерьеры отделаны мрамором, малахитом, лазуритом, золочёной бронзой и мозаикой. Работы над интерьером начались с 1841 года, в их приняли роль именитые российские живописцы (Ф. А. Бруни, К. П. Брюллов, И. Д. Бурухин, В. К. Шебуев, Ф. Н. Рисс) и архитекторы (И. П. Витали, П. К. Клодт, Н. С. Пименов).
Воскресение Христа. 1841—1843. Витраж головного алтаря
В интерьер православного храма был включён по предложению Л. Кленце витраж — вначале элемент убранства церковных церквей. Изображение Воскресшего Спасателя в окне головного алтаря было одобрено Священным Синодом и лично царем Николаем I. Созданием наброска витража для Исаакиевского собора занимался германский живописец Генрих Мария фон Хесс, созданием в стекле управлял М. Э. Айнмиллер — глава «Заведения живописи на стекле» при Царской фарфоровой мануфактуре в Мюнхене. Площадь витража составляет 28,5 квадратных метров, детали скреплены свинцовыми пайками. К 1843 году витраж был установлен в окне собора в Петербурге. Он является главным монументом в истории витражного искусства в Рф. Возникновение в кафедральном храме столицы стеклянной картины с изображением Иисуса Христа вышло в итоге взаимодействия западной и восточной христианской традиций, типичного синтеза фигуративного католического витража и запрестольной православной иконы. Установка его в основном храме Рф утвердила витраж в системе дизайна православных церквей страны. Витражи получили «законные» права в православных храмах. А изображение Воскресшего Спасателя на алтарном окне Исаакиевского собора стало иконографическим прототипом для многих витражей в храмах Рф, как в XIX веке, так и в наше время.
В Исаакиевском соборе представлено уникальное собрание монументальной живописи первой половины XIX века — 150 панно и картин. Для работ над росписями были привлечены художники-академисты Брюллов, Басин, Бруни, Шебуев, Марков, Алексеев, Шамшин, Завьялов и другие. Управление красочными работами было возложено на ректора Петербургской Академии художеств доктора В. К. Шебуева, проект декора и общая концепция росписей были разработаны Монферраном. Работы проводились под контролем правителя и Синода. Одной из основных заморочек стал выбор техники выполнения красочных панно. По начальному предложению Кленце (с ним был согласен Николай I) росписи собора должны были производиться в технике энкаустики. Но Бруни, привлечённый к дискуссии метода выполнения будущих росписей, после консультаций с Кленце, прошедших сначала 1842 года в Мюнхене, сделал доклад, в каком указал, что эта техника живописи совсем неприменима для погодных критерий Петербурга. Делая упор на мировоззрение реставратора Валати, Бруни высказался за масляную живопись на холсте, обрамлённую медными рамами с дном. Монферран также склонялся в пользу масляной живописи. Бруни поручили выполнить эталон росписи энкаустикой по меди, но скоро было решено расписывать стенки собора алкидными красками по специальному грунту, а вида — маслом на бронзовых досках. Согласно рассредотачиванию работ Брюллов был должен расписать главный купол (наибольшая композиция площадью 800 квадратных метров) и паруса в центральном нефе, Бруни — коробовый свод и аттик головного нефа, Басин — приделы Александра Невского и св. Екатерины. Западная часть собора была отведена под сюжеты на темы из Ветхого завета, восточная — зпизодам из жизни Христа.
Высочайшая влажность в помещении собора препятствовала созданию грунта, стойкого к неблагоприятным наружным воздействиям. Стенку под роспись штукатурили, зачищали пемзой, нагревали жаровнями до 100—120 градусов и наносили на неё несколько слоёв мастики. Низкое качество базы для живописи стало предпосылкой того, что в неких случаях её приходилось удалять, а художникам поновой переписывать картины. В отдельных местах грунт отставал от штукатурки. В своём письме от 24 декабря 1849 года Бруни отмечал, что роспись по свежайшим грунтам невозможна из-за выступающей потом на поверхность живописи из стенки «селитряной окиси». Устойчивый состав был сотворен исключительно в 1855 году, за три года до окончания красочных работ в соборе.
Потому что в соборе из-за перепада температур, высочайшей влажности и отсутствия вентиляции сложились неблагоприятные условия для сохранения росписей в первозданном виде, при декорировании внутренних помещений с 1851 года было решено для дизайна интерьера использовать мозаику. Создание мозаичных панно длилось до начала Первой мировой войны. Смальта для Исаакиевского собора выполнялась в мозаичной мастерской Академии художеств. При разработке панно было применено более 12 тыщ цветов смальты, фоны набирались из золотой смальты (канторели). Мозаичные образы производились с оригиналов Т. А. Неффа. Мозаикой поменяли картину С. А. Живаго «Тайная вечеря», росписи парусов головного купола, аттика («Поцелуй Иуды», «Се человек», «Бичевание», «Несение креста» Басина) и пилонов.
Мозаичные картины собора экспонировались на английской Глобальной выставке 1862 года, где получили высшую оценку.
Гравюра на северной двери собора
Гравюра на южной двери собора
Панорама внутреннего убранства собора
Исаакиевский собор в 1-ые годы после Октябрьской революции
После революции храм был разорён. В мае 1922 года в процессе изъятия церковных ценностей для нужд голодающих Поволжья из него было изъято 48 кг золотых изделий, более 2 тонн серебряных украшений. Его настоятель протоиерей Леонид Богоявленский был арестован, а храм стал обновленческим. В 1928 году службы прекращены: президиум ВЦИК 18 июня 1928 года постановил «оставить здание собора в исключительном использовании Главнауки в качестве музейного памятника». 12 апреля 1931 года в соборе был открыт один из первых в Русской Рф антирелигиозных музеев.
Исаакиевский собор во время Величавой Российскей войны
Зенитчики на фоне ночного Исаакия Следы 1-го из 148478 снарядов, выпущенных германскими войсками по Ленинграду в 1941— 44 г.г.Во время Величавой Российскей войны пострадал от бомбёжек и артобстрела, на стенках и колоннах местами сохранены следы от снарядов. В соборе во время блокады хранились экспонаты музеев из пригородов Ленинграда, также Музея истории городка и Летнего дворца Петра I.
Исаакиевский собор после Величавой Российскей войны
С 1948 года работает как музей «Исаакиевский собор». В 1950—1960-е годы проведены реставрационные работы. На куполе устроена смотровая площадка, откуда раскрывается прекрасная панорама центральной части городка. Снутри храма был установлен маятник Фуко (в текущее время демонтирован), который благодаря большой длине наглядно показывал вращение Земли.
В 1990 году проведена 1-ая церковная служба, в текущее время они проходят часто по праздничкам и воскресным денькам.
Собор находится в ведении Муниципального музея-памятника «Исаакиевский собор».
Директора музеяЖора Петрович Бутиков — с 1968 по 2002 год.
До января 2008 года — Николай Нагорский (разум. в январе 2008 года).
С 3 июня 2008 года — Николай Буров (Прошлый глава Комитета по культуре Петербурга).
Перечень настоятелей собора
Настоятели собора за всю историю Даты Настоятель 1-ый храм … — … … 1721—1727 протопоп Алексей Васильев 2-ой храм 1727 — 7 июля 1735 протоиерей Иосиф Тимофеевич Чедневский (скончался 13 апреля 1736) 1736—1741 протоиерей Василий Павлович Терлецкий (1673—после 1761) 1742 — 10 ноября 1744 протопоп Петр Яковлев (1704 — 10 ноября 1744) 12 января 1745 — 29 декабря 1750 протоиерей Тимофей Семенов (скончался 29 декабря 1750) 1751—1757 протоиерей Александр Львов 1757 — 20 октября 1758 протоиерей Феодор Лукин (скончался 20 октября 1758) 8 декабря 1758 — 29 октября 1771 протоиерей Никита Далматов (Долматов) (скончался 29 октября 1771) 1771 — начало 1789 протоиерей Иоанн Матфеев 11 февраля 1789 — 16 февраля 1800 протоиерей Жора Михайлович Покорский (1740—15 октября 1800) 3-ий храм 21 мая 1800 — 31 декабря 1829 протоиерей Миша Алексеевич Соколов (1762—31 декабря 1829) 1829 — 27 октября 1836 протоиерей Иаков Иванович Воскресенский (30 апреля 1775—27 октября 1836) 1836 — 31 октября 1855 протоиерей Алексей Иванович Малов (скончался 31 октября 1855) Четвёртый храм 1858 — 22 декабря 1860 протоиерей Андрей Иванович Окунев (7 августа 1794—22 декабря 1860) 24 декабря 1860 — 9 декабря 1869 протоиерей Иоанн Дмитриевич Колоколов (1799—9 декабря 1869) 30 сентября 1870 — 2 сентября 1884 протоиерей Петр Алексеевич Лебедев (13 января 1807—2 сентября 1884) 1884 — 16 февраля 1886 протоиерей Платон Иванович Карашевич (1824—16 февраля 1886) 1886 — 4 октября 1897 протоиерей Пётр Алексеевич Смирнов (1831—1907) 13 октября 1897 — 22 октября 1909 протоиерей Иоанн Антонович Соболев (1829—1909) 4 ноября 1909 — 19 февраля 1917 протоиерей Александр Иванович Исполатов (1835—1917) 23 февраля 1917 — 3 июля 1919 протоиерей Николай Григорьевич Смирягин (1839—1919) июль 1919 — 29 апреля 1922 протоиерей Леонид Константинович Богоявленский (1871—1937) май — 23 июля 1922 протоиерей Пётр Павлович Балыков (1892—после 1922) июль 1922 — 18 марта 1923 протоиерей Василий Николаевич Велтистов (1854—после 1923) март 1923 — июль 1924 протоиерей Николай Фёдорович Платонов (1889—1942) июль 1924 — январь 1925 протоиерей Павел Порфирьевич Чуев (1889—после 1925) 1925 протоиерей Дмитрий Феофанович Стефанович (1876—1926) январь — август 1926 протоиерей Александр Иванович Боярский (Сегенюк), (1885—1937) август 1926 — 3 октября 1927 протоиерей Лев Михайлович Теодорович (1867—после 1930) октябрь 1927 — 9 марта 1928 протоиерей Пётр Николаевич Никольский март — 14 июля 1928 «архиепископ» Геронтий (Григорий Андреевич Шевлягин), (1893—после 1934) 14 июля 1928—1990 службы в храме не проводились 1990—2001 протоиерей Борис Михайлович Глебов 2002 год — истинное время митрополит Санкт-Петербургский Владимир (Котляров)Публичное мировоззрение о соборе
Современные иерархи Российской Православной Церкви не стали выделять наикрупнейшее храмовое сооружение в городке, как главное. В текущее время Исаакиевский собор не является кафедральным собором Петербургской митрополии.
Оценки современного состояния
По воззрению доктора Санкт-Петербургского политехнического института Валерия Голода, в 2000-х годах «с механической точки зрения состояние собора аварийное. Припас прочности время от времени бывает от двукратного до шестикратного. Но какая часть из этого припаса исчерпана, а какая продолжает держать конструкцию? Закрывать глаза на это нельзя».
Факты
См. также
Перечень самых больших православных храмов и колоколен
Апостол Пётр
Апостол Павел
